February 28th, 2009

malshik

Говноеды

В воскресенье водил чадо на спектакль в ДК Зуева - Волк и поросята.
Волка играл (ну если конечно не сильно следить за спектаклем) Джигурда. Артисты, игравшие поросят обходилсиь без микрофона, а он - нет.
Ну да ладно - детки довольны, но вот что насторожило: еще зимой обратил внимание на спектакле в театре на Юго-Западе, что из нынешних деток прет "доброта".
Тут получил подтверждение: волк агитировал детишек помочь ему поймать поросят, и тогда он поделится шашлычком. Несчастные артисты, игравшие поросят: когда пришло время их ловить, на каждом повисли человек по 10-15 мелюзги, так им хотелось шашлычку.
Вот мне почему то помнится из детства, что в спектаклях и на елках артисты старались призывать детей на помощь добрым силам, а не наоборот.


http://timurbor.livejournal.com/103650.html
malshik

Л.Керрол в России.

Таксисты, как я посмотрю, во все времена одинаковы...

http://www.znanie-sila.ru/golden/issue_44.html

Я. Гостиница Клее (Gostinitia Klee).

Кучер (быстро произносит какую-то фразу, из которой мы смогли уловить последние слова). Три гроша. (Три гроша = 30 копеек)

Я. Двадцать копеек? (Doatzat Kopecki)

К. (негодующе). Тридцать!

Я. (решительно). Двадцать.

К. (с убедительной интонацией). Двадцать пять? (Doatzat pait?)

Я. (с видом человека, сказавшего свое последнее слово и не желающего больше иметь с ним дело). Двадцать.

Сэтими словами я беру Лиддона под руку, и мы отходим, не обращая нималейшего внимания на крики кучера. Не успели мы отойти на несколькоярдов, как услышали сзади стук экипажа: кучер тащился вслед за нами,громко окликая нас.

Я (мрачно). Двадцать?

К. (с радостной улыбкой). Да! Да! Двадцать!

И мы сели в пролетку.

Подобноепроисшествие забавно, если случается лишь однажды, но если бы, нанимаякэб в Лондоне, мы должны были каждый раз вступать в подобныепереговоры, то со временем это слегка бы прискучило...



«20 августа, вторник... Я нанял экипаж до дома (мистера Мюра),заранее сторговавшись с извозчиком за 30 копеек (сначала он запросил 40копеек). Когда же мы прибыли на место, между нами произошла сцена,обогатившая мои познания по части извозчичьих нравов. Началось с того,что когда я вышел из экипажа, извозчик произнес: “Сорок”. Это былпервый признак надвигающейся бури, но я пренебрег им, спокойно протянувизвозчику 30 копеек. Тот взял их с недовольной гримасой и, держа монетына открытой ладони, произнес красноречивый монолог на русском языке,основным мотивом которого было часто повторяющееся слово “сорок”. Можетбыть, женщина, с изумлением и любопытством наблюдавшая сцену, понялато, что хотел сказать извозчик. Что же касается меня, трно таким же:ярость извозчика пролилась прямо на меня и совершенно затмилапредшествовавшую ссору между нами.

Я на ломаном русском языкеобъяснял ему, что предлагал ему 40 копеек раньше, но не хочу предлагатьих теперь. Как ни странно, мое объяснение ничуть не утихомирилоизвозчика. Слуга мистера Мюра растолковал ему те же самое весьмаподробно. Наконец вышел сам мистер Мюр и изложил ему суть происходящегов ясных и точных выражениях. Однако извозчик и после этого не смогувидеть происходящее в надлежащем свете. Некоторым людям угодить оченьтрудно».